О КУВАНДЫК.РФ - всё о городе

ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Баннер
Баннер
Баннер
Май
10
Бабушка Наталья
(0 голосов)

        Тамара Ясакова

Бабушка Наташа подтянула кончики белого платочка, расправила на коленях фартучек, вытерла губки, взяла рюмочку, водка чуть прикрывала донышко. Худенькое личико засветилось: «За любовь», - произнесла она свой неизменный тост.

 Тёплый свет печалью остывал в глазах. На любой деревенской гулянке, из года в год говорила она эти привычные всем слова. Но были они полны такой верой, что люди замирали, думая о своей утраченной, еле тлеющей, или так и не родившейся любви.

Даже в хлам пропившийся Тимофей в эти минуты возвращался в сознание. И тут же трясущимися руками тянулся к бутылке, пугаясь отрезвления.

Меньше полугода  выделило время Наталье и Анатолию на любовь. И разложили влюблённые свои чувства по месяцам, как по полочкам. Встретились на масленицу. Одно село у другого гостило. В хоровод встали, за руки взялись.

Юркнула Натальюшкина замёрзшая ручка в его ладонь и замерла в тепле и силе. Уж и хоровод кончился. Но Анатолию казалось, что держит маленькую пичужку в руке. Отпусти — и улетит.  И в лицо пристально поглядеть боязно. Всё-таки насмелился, повернулся. «Как подснежник или одуванчик. Солнышко на лице играет»,  - радостью откликнулось сердце.

 А дальше, как положено на масленицу, шли заигрыши-наигрыши. Анатолий не давал померкнуть чуду первой встречи. За три километра в стужу пришёл ночью к дому Натальи и вытоптал на снегу большое сердце. Возвращался, представляя как всплеснёт руками девушка и засмеётся заливчато. Волна радости поднималась и выплёскивалась крепким юношеским баском на всё снежное безмолвие: «На-та-лья!».

В среду, на день лакомки, упросил мать на весь лист испечь печенье в виде птицы. «Жаворонки что ли среди зимы прилетели», - смеялась мать, догадываясь о причине чудачеств сына. Утром свежеиспечённая золотистая птица заглядывала в окно Натальи.

 На широкий масленичный четверговый разгул Анатолий повёл подругу на гору. До подножия пробирались по насту. Как по канату, балансируя руками, делая мелкие шажки, Наталья скользила по снегу. Анатолия наст не выдерживал, проваливался. Девушка останавливалась, помогала ему выбраться из снежной ямы, сама со смехом падала в неё. Карабкались вместе, улавливая и задерживая прикосновение рук, щёк, губ.

 На вершине горы стояли сани на широких полозьях, устланные золотистой соломой. Наталья ахнула: «Откуда?» - «Ребята помогли затащить», - улыбался «дивотворец». Скатиться с горы? Нет, нет! Наталья в страхе попятилась. «Не боись!», - закричал Анатолий, подбадривая  себя и испуганную девушку. Подхватил её на руки, прыгнул в сани.

Прильнула к нему в страхе Натальюшка. И сорвались они в бездну. Прижавшись, всё ближе и роднее становились друг другу в этом круговороте страха. Миновав склон, плавно парили сани, а сердце взлетало от слов нежданных, поцелуев первых. «Я люблю тебя, люблю, люблю», - повторял Анатолий, целуя вздрагивающие губы девушки. Долго шуршали, присвистывали полозья. Улыбались парящие белые облака, смеялся сверкающими искрами  снег.

В пятницу на тёщины вечёрки в дом Натальи пожаловали сваты. Всё как подобает: «У вас товар — у нас купец, лебедь да лебёдушка. Они друг с дружкой сговорились, и мы сойдёмся».

Свадьбу, как положено, после поста на пасхальную неделю назначили. На следующий день после сговора, на золовкины посиделки, Анатолий повёз невесту и сестру Веру на ярмарку. Разрумянившиеся девчонки перебегали от одного зрелища к другому, подпевали песни, выплясывали на площади со всем народом, торговались за ситчик, ленты и полушалки.

Анатолий дал им свободу. Сам по-мужски неторопливо прошагивался вдоль рядов со всякой всячиной. Вдруг, как споткнулся: резная птица, приподняв крылья, готовилась взлететь. Анатолий зашарил по карманам. «Только бы хватило денег». Малость не доставало, но мужик не устоял в честь праздника, да первой лёгкой руки покупателя, в чём парень свято его заверил.

Деревянная птица грелась за пазухой. «Дома удивлю». Лошадь бежала скоро. Девчонки перешёптывали секреты.

 Диво удалось. Птицу Анатолий посадил на высокий сугроб. Она отливала золотом на сверкающем снеге. Миг -  и взлетит.

На прощёное воскресенье, не имея никаких обид друг на друга, винились загодя, наперёд, впрок на будущее: «А вдруг, да ненароком...». Яркой радостью пролетела масленица, приструнил расходившийся народ пост. Отгуляли свадебку. Краше да счастливей пары не было на селе.

 И вдруг снова, как тогда на горе: падение, бездна, страх. Война! И не спастись — не прижать, не удержать. Проводили Анатолия. А на другой день упала птица счастья, и два крыла, на которых ввысь взлетала, обломились разом. Замерли женщины в предчувствии беды. Но уже через два дня осветлил белый треугольник письма чёрные мысли. Надежду принёс: «Верьте - вернусь». Не вернулся.

 Умирала тётка Наталья легко, с улыбкой: «Анатолий меня заждался». Потом что-то про сундук попыталась сказать, да не успела. Что уж там за богатство? Открыли. Один к одному лежали белые треугольнички писем. Откуда? От Анатолия ведь только одно пришло. Разворачивали женщины листочки, читали и плакали. Писала Натальюшка своему Анатолию. Делилась любовью своей не угасающей, болью-тоской непроходящей по нему, навеки родному.

Добавить закладку

Добавить комментарий

Требования к комментариям на сайте окувандык.рф


Уважаемые пользователи! В связи с возросшей нагрузкой на сервер на сайте включена предварительная модерация комментариев.


Анти-спам: выполните заданиеJoomla CAPTCHA
Баннер
Баннер
Яндекс.Метрика

Последние комментарии


Мы в соцсетях

Мы в Инстаграм

Баннер

Бесплатные объявления